Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ arrow Филология arrow Реконструкция древней картины мира













Реконструкция древней картины мира

Роль имени собственного в реконструкции древней картины мира

Автор: Я. С. Сысун

Понятия культуры и картины мира близки. Культура есть совокупность материальных и духовных ценностей, картиной мира в философии называют «совокупность предметного содержания, которым обладает человек» [Яс-перс, цит., по Яковлевой, 1996, С.47]. Однако, на наш взгляд, второе понятие является несколько уже первого по содержанию, например, не содержит программы поведения членов коллектива. 

Картина мира появляется в результате осуществления культурой функции структурирования пространства и вмещает в себя множество образов, отражающих различные объекты действительности. Праобразом для картины мира служит модель мира, которая является ее структурой, каркасом. Модель мира представлена в виде конкретного образа, например, образа ГОРЫ или ДЕРЕВА.

При рассмотрении системы имен любого народа можно выделить группы значений, которые соотносятся с предметами и явлениями окружающей действительности [Суперанская, 1972]. По мысли Т. В. Топоровой, совокупность универсальных значений имен повторяет схему картины мира [Топорова, 1994, С. 30], исследователь выделяет следующие уровни: пространство и время, космология и явления природы, флора и фауна, мир вещей, антропоцентрическая сфера, предикаты, атрибуты, социально-юридическая и экономическая сферы, военная сфера, сакральная сфера, абстрактные понятия – каждый из которых наполняет подходящими по значению именами германского происхождения. Классификация Топоровой была успешно приложена к именам тюркского происхождения [Сравнительно-истор., грамматика тюркск., яз., 2001]. На основании этого мы склонны утверждать, что древнерусские имена собственные представляют все уровни мироздания, то есть могут явить нам образ цветущей, населенной, заполненной ГОРЫ, что в нашем понимании является картиной мира.

По гипотезе Ю. М. Лотмана и А. Ф. Лосева, значение имени собственного сводится к мифу – сюжету, тексту, описывающему различные связи между явлениями окружающего мира, а также закрепляющего место в мире для самого именуемого [Лотман, 2000, С.529]. Таким образом, любое имя мы можем развернуть до мифа, до образов, то есть до некоего объема знаний о вещи, – и реконструировать древнее мировоззрение, или картину мира, в виде некоего развернутого текста.

В мифе-сюжете отражается опыт, попытки объяснения наблюдаемых явлений в рамках особого миропонимания, свойственного нашим предкам. С другой стороны, достоянием народа становится опыт, передаваемый словами, знаками (греч. мйопт «слово»). Поэтому как картину мира данной культуры можно определить текст [Лотман, 2002, С. 114, 150]. Отсюда получаем, что древний миф (как текст и как тип мышления) и язык (слова в статусе имен собственных) отражают идеи, представления, верования.

В существующей традиции закреплен высокий статус князей, поскольку они воспринимались как воплощение божественной власти на земле. В их именах должны быть отражены космические идеи, поскольку имя в древности обозначало сущность именуемого. Кроме того, имена князей представляют собой целый текст, что обусловлено их двухосновностью.
Наличие двух основ позволяет нам развернуть имя по схеме словосочетания. Круг компонентов, представленных в княжеских именах достаточно ограничен и каждый компонент представляет одну из космических сущностей мироздания. В синтаксических связях у компонентов могут проявиться потенциальные значения. Сближение тех или иных компонентов в княжеском имени представляется неслучайным, оно отражает соотношения, связи и между обозначаемыми объектами реальности. В одних именах первый компонент будет выступать определяющим (показатель – гласная о), а второй – определяемым. То есть один из образов определяется через другой, что свидетельствует об их соприкосновении в пространстве или отношении друг к другу как части и целого. Схема словосочетания наполняет один из образов дополнительными признаками, детализирует его и указывает связи с другими образами.
Другой тип княжеских имен представляет некий кодекс правления, программу действий. В самом деле, глагольная семантика первого компонента (показатель повелительного наклонения – гласная и) может представлять действия князя, направленные на объект, выраженный вторым компонентом. В данном случае перед нами выстраивается схема словосочетания с типом связи «управление», что перекликается с интерпретациями двухосновных скандинавских имен Т. В. Топоровой, в которых преобладал действенный, акциональный компонент значения [Топорова, 1996]. Более того, мы можем достроить эти словосочетания до полноценного предложения. Недостающий субъект (князь) вербально не выражен, однако он носит имя, которое направлено на его характеристику. Таким образом, субъект присутствует, а выражать его вербально не было необходимости. Получается схема текста:

* [субъект] + действие + объект. В некоторых случаях мы можем достроить до предложения и описание космического объекта. Если ярко представленный признак денотата относится к акциональной сфере, то образ выступает в роли субъекта.

Все виды текстов дадут нам сведения исключительно о вертикальной модели мира, поскольку именуемый, князь, является наместником богов на земле и в его обязанности входит установление связи с верхним миром (то есть построение вертикали, иерархии власти).

Образ горы, представленный компонентами княжеских имен, должен заполнится различными предметами, то есть модель мира должна дорасти до картины мира. Чтобы заполнить другие уровни, мы должны использовать имена простолюдинов. С привлечением этих прочих имен мы уходим на более древний уровень, к родовому сознанию, поэтому образ мира приобретет еще и горизонтальную ориентацию. Часто оказывается, что имена мирян и князей связаны формальным родством, поэтому мы можем сформировать этимологическое гнездо. Именно это дает нам возможность разобраться в переходах значений и реконструировать текст, объясняющий нам взаимодействие всех уровней. По сути, мы просто усложняем текст, полученный из княжеского имени.

Литература

1.    Лотман Ю. М. Семиосфера. – СПб., 2000. – 704 с;
2.    Лотман Ю. М. Статьи по семиотике культуры и искусства. – СПб.,2002. – 408 с;
3.    Суперанская А. В. Ономастические универсалии // Восточнославянская ономастика. – М.: Наука, 1972. – С.346-356;
4.    Топорова Т. В. Культура в зеркале языка. Древнегерманские двучленные имена. – М., 1996. – 280 с;
5.    Топорова Т. В. Семантическая структура древнегерманской модели мира. – М., 1994. – 192 с;
6.    Яковлева Е. С. К описанию русской языковой картины мира // Русский язык за рубежом. – 1996. - № 1-2-3. – С. 47-56.

 
< Предыдущая   Слудующая >