Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ arrow Социология arrow Измерение современного Российского социума













Измерение современного Российского социума

Институциональное измерение современного Российского социума в контексте социальной теории модернизации

Автор: В.О. Шипулин

Цель данной статьи заключается в стремлении проанализировать особенности экономического, политического, социально-структурного развития современного российского социума с точки зрения постулатов популярной в последние десятилетия социальной теории модернизации. Термин «модернизация» в данном случае означает не просто некое обновление, транзит от старого состояния к новому. Под модернизацией понимается, во-первых, выделение конкретных типов социума, один из которых сменяет другой, а, во-вторых, процесс, имеющий строгие научно определяемые особенности.

В классическом варианте этой теории под модернизацией понималась трансформация общества традиционного (докапиталистического, доиндуст-риального, закрытого) в общество современное («modern society», «modernity») предполагающее индустриальный тип экономики, преимущественно демократическую форму правления, преобладание индивидуальных интересов над коллективными, обезличивание социальных связей, секуляризацию, ориентацию на рациональные цели и инструментальные ценности.

Применительно к развитым странам Запада можно говорить о т.н. «органичной» модернизации, под которой имеется в виду процесс перехода этих стран от Средневековья к Новому времени. Процесс модернизации в этих странах имел внутренний источник, изменения логично вытекали из предшествующего развития общества и охватывали всю совокупность социальных, экономических, политических, культурных, правовых и иных процессов, связанных с переходом общества к современному индустриальному состоянию.

Последующая модернизация других регионов мира может быть названа «вторичной», или догоняющей. Она осуществлялась в тех странах, которые в силу тех или иных причин отстали в развитии от передовых государств Запада. Модернизация здесь имеет, как правило, внешний, экзогенный источник, являясь «ответом» на «вызов» со стороны более развитых стран, стремлением, взяв за основу уже модернизировавшийся Запад, произвести подобные экономические, политические и другие изменения с целью догнать или даже перегнать его.

Российская модернизация, в той или иной форме осуществляющаяся на протяжении последних трех веков, является по преимуществу модернизацией догоняющей. Выделяются такие ее специфические черты, как важная роль пространственно-ресурсного фактора в экономике, способствующего экстенсивному характеру модернизационных процессов, решающая роль государства в осуществлении этих процессов, отсутствие разделяемой большей частью общества системы ценностей, необходимой для успешного осуществления модернизации.

Отечественная модернизация включает в себя также период модернизации советской, которая, будучи изначально ориентированной на иные цели, нежели достижение соответствующего уровня более развитых стран, тем не менее, позволяла успешно решать установки классической модернизации (индустриализация, урбанизация, достижение всеобщей грамотности населения, бурное развитие науки). В тоже время многие экономические и политические составляющие общества modernity отсутствовали (рыночная экономика, демократическая система выборов, гражданское общество).

В постсоветский период перед Россией встали две основные модер-низационные задачи. Первая подразумевала возвращение России на «магистральный путь развития человечества», исправление перекосов советского развития, реализацию моделей капиталистической рыночной экономики и политического плюрализма. По сути, эта задача не выходила за рамки классической модернизации, предполагающей линеарный транзит в направлении общества modernity.

Вместе с тем приходится иметь в виду, что наиболее развитые страны мира (США, Западная Европа, Япония) вступили во второй половине прошлого столетия в постиндустриальную эру. В результате трактовка модернизации только как процесса, направленного на то, чтобы достичь состояния modernity, перестала быть адекватной, поскольку вышеуказанные страны в своем развитии вышли за пределы, и стремление достичь этого уровня для стран «второго эшелона» представляет собой ни что иное, как попытку, «догнать Запад вчерашнего дня».

В этих условиях второй модернизационной задачей, стоящей сегодня перед Россией, является осуществление т.н. постиндустриальной модернизации, то есть стремление продвигаться в направлении постиндустриальных глобальных трендов (развитие информационных технологий, увеличение доли «интеллектуальных услуг» в структуре экономики, рост среднего класса, формирование «постматериалистической» системы ценностей).

Далее мы рассмотрим состояние ряда основополагающих социальных институтов современного российского социума с точки зрения их соответствия обозначенным модернизационным задачам.

Рыночная экономика безусловно, является основополагающим институтом общества modernity. Одним из главных достижений реформ 90-х годов прошлого столетия является осуществление приватизации (разгосударствления), в результате чего в стране возник институт частной собственности. Были сформированы такие современные экономические механизмы как банковская и налоговая система. В то же время процессу перехода к рыночным отношениям сопутствовал ряд негативных моментов: неравномерность распределения приватизированной госсобственности; безвозмездная, по сути, передача главных активов советской экономики в руки узкого круга лиц; возникновение в итоге капитализма номенклатурно-олигархического типа, имеющего мало общего с экономической системой современного постиндустриального общества. Ориентация на финансово-экономические практики западных стран и инкорпорация отечественной экономики в мировую привела к тому, что Россия вынуждена была разделить с ними все последствия сегодняшнего мирового экономического кризиса.

Кроме того, непропорционально высокой остается доля сырьевого сектора в структуре экономики, призывы к ее диверсификации не получают реального воплощения. Создание высокотехнологичных видов производства только лишь планируется. Это свидетельствует, что российская экономика ещё значительно далека от постиндустриального состояния.

Необходимым условием осуществления постиндустриальной модернизации является наличие демократической формы правления. В результате реформ в политической сфере были сформированы основные демократические институты. Однако, как известно, одной лишь юридической оформленности тех или иных принципов и институтов народовластия недостаточно, чтобы они были воплощены в жизнь, стали неотъемлемой частью мировосприятия населения. Неслучайно попытки насильственно внедрить демократию в том месте, где традиции для нее отсутствуют, редко приводили к успеху. Особенность сегодняшнего момента состоит в том, что большая часть населения, поначалу с энтузиазмом восприняв демократические лозунги, ценности индивидуальной автономии, впоследствии разочаровалось в провозглашаемых ценностях, ассоциирующихся с экономическим коллапсом девяностых годов прошлого столетия. Постсоветское общество стало напоминать, «огромный конгломерат выбитых из своих орбит «элементарных частиц», значительная часть которого с недоверием относилась ко всякой разновидности социального порядка, к любой форме институционализации и правового регулирования. Напротив, типичной стала институционализация т.н. неправовых социальных практик.
В этих условиях возник естественный запрос на стабильность системы власти, формализацию политических практик, что и воплотилось в ныне существующем политическом устройстве, не вполне соответствующем строгим требованиям современной западной демократии, являвшейся изначально ориентиром для политической модернизации в России. Впрочем, сами эти критерии, а также соответствие им стран Запада также подвергается критике.

Инициаторы постсоветской модернизации в качестве одной из своих основных задач указывали необходимость и возможность создания в России среднего класса, составляющего в развитых странах Запада около двух третей населения. Само понятие «средний класс» закрепилось в научной лексике ещё в ХIХ веке как теоретическая конструкция, описывающая социальную структуру, альтернативую как традиционным представлениям о сословной структуре общества, так и леворадикальным представлениям о неизбежной поляризации буржуазного социума. С точки зрения большинства западных социологов двадцатого века новый средний класс составят квалифицированные рабочие, менеджеры, работники сферы услуг, информационного сектора, то есть те, кто интеллектуальной собственностью и/или имеет навыки сложной трудовой деятельности. В результате советской модернизации возник тот социальный слой, который, по многим параметрам соответствовал идеалу нового среднего класса, сформулированного теоретиками постиндустриального общества, к которому могли быть причислены ученые, инженеры, врачи, учителя, преподаватели, квалифицированные рабочие и другие работники высококвалифицированного труда. Именно у этих людей формировалась постматериалистическая система ценностей, именно для них творческая составляющая профессиональной деятельности становилась наиболее важной. Именно эти-то слои населения и пострадали в наибольшей степени от кризиса 90-х годов.

Что же касается инициаторов постсоветских реформ, то для них (как, впрочем, и для многих россиян), понятие среднего класса ассоциировалось с обширным социальным слоем западного общества, которому присущи, прежде всего, достаточно высокие стандарты потребления. В результате проведенных реформ этот слой оказался крайне узким, произошло образование абсолютно недопустимых для современного Запада социальных контрастов, разделение общества на богатое и сверхбогатое меньшинство и малоимущее большинство. Социальное расслоение современной России ничего общего не имеет с новым постиндустриальным социальным расслоением, наметившимися в странах Запада в последние десятилетия, в основе которого лежит степень включенности индивида в сферу производства знаний и информации, уровень его образования.

В этих условиях, по мнению большинства российских исследователей, «пока преждевременно говорить о среднем классе как о стабильной, состоявшейся, численно значимой социальной общности».

Те же, кто полагают, что и сегодня средний класс в России существует, в качестве основного критерия отнесения того или иного человека к представителям среднего класса, используют, как правило, критерии индустриального общества, причисляя к нему средней руки бизнесменов, а также представителей других профессий с характерным предпринимательским менталитетом.

Важным итогом модернизационных процессов является трансформация института семьи. В последние десятилетия семейные отношения в странах Запада подвергаются существенным изменениям. Женщины начинают пользоваться равными с мужчинами правами как фактически, так и юридически. Дети в урбанизированных семьях обретают самостоятельную ценность, рассматриваются не как источник вклада в хозяйственную деятельность семьи, а как потребители. Трудовая деятельность человека проходит в основном вне рамок семьи, и к середине двадцатого столетия семья уже не является экономическим объединением. На смену традиционной расширенной семье, где семейная пара была лишь частью ее структуры, и, зачастую, не самой главной, приходит т.н. нуклеарная форма семейной организации, при которой именно союз мужчины и женщины становится ядром семьи. Непрерывно растет число разводов, снижается рождаемость.

Данные тенденции в значительной степени присущи современной стадии развития российского социума. Более того, многие из них были характерны ещё для советского времени. Вместе с тем следует заметить, что для стран, вступивших в постиндустриальную эпоху, ведущую роль в этих процессах играет растущий уровень жизни. В современном же российском обществе многие вышеуказанные тенденции вызваны иными причинами. К примеру, неуклонное падение рождаемости в период системной трансформации российского общества связано не с ростом благосостояния российских семей, а в первую очередь с изменением её ценностных ориентиров, жизненных норм и правил. Согласно тенденции, увязывающей уровень рождаемости с уровнем жизни, Россия должна была столкнуться с явлением довольно высокой рождаемости, компенсирующей людям отсутствие многих других жизненных ценностей и благ, однако всё происходит совершенно наоборот: уровень жизни не растет, а рождаемость продолжает падать.

Проведенный анализ позволяет свидетельствовать, что как институт семьи, так и другие социальные институты современного российского общества не соответствуют какой-либо конкретной стадии социальной эволюции согласно положениям социальной теории модернизации. Будучи по некоторым параметрам обществом вполне современным и обладающим заделами для осуществления модернизации постиндустриальной, с точки зрения соответствия другим критериям, российский социум может рассматриваться лишь как объект незавершенной модернизации.

 
< Предыдущая   Слудующая >