Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ













Обретение иконы Пресвятой Богородицы
Автор: иерей Михаил Ильин

Мироносицкая пустынь: к 360-летию обретения
Царевококшайской иконы Пресвятой Богородицы

Русская земля находится под особым покровительством Матери Божией. Ярким свидетельством этому является множество икон Ее, прославившихся обилием чудес в разных городах и весях нашей стра-ны. И нет практически ни одного уголка России, где бы не был явлен тот или иной образ Пресвятой Богородицы, сыгравший затем важней-шую роль в духовной жизни своей области.

Именно такое значение для Марийского края имеет Царевококшай-ская (Мироносицкая) икона Божией Матери. Она была обретена 1 (14) мая 1647 года близ селения Дальние Кузнецы, расположенного непода-леку от Царевококшайска. Документы свидетельствуют, что крестьянин Андрей Иванович Жолнин, работая на поле, увидел лежащий на земле образ Богоматери, а когда захотел поднять икону, она сделалась неви-димой. В недоумении Андрей стал смотреть вокруг и увидел, что образ стоит на дереве, никем не поддерживаемый, и от него исходит свет. Символично то, что при обретении иконы вместе с русским крестьяни-ном Жолниным находился мариец Айтуган Педешев1. Обретение чудо-творного образа Пресвятой Богородицы духовно объединило наши на-роды, а Мироносицкая икона стала небесной покровительницей Марий-ского края.
Явленная в 1647 году икона была вырезана на черном («аспид-ном») камне. Богоматерь изображена на ней со святыми Женами-Мироносицами, потому икона и называется Мироносицкой. Другое ее название, Царевококшайская, указывает на место обретения образа.
Предание сообщает далее, что, помолившись перед иконой, Анд-рей Жолнин взял образ в свой дом, где в продолжение всей ночи от него исходил свет. Узнав о чудесном обретении иконы, местные жите-ли привели в дом Жолниных множество недугующих различными бо-лезнями, которые по вере своей получили скорое исцеление. Царево-кокшайский воевода Матфей Спиридонов и городское духовенство, узнав о явлении иконы и происходящих от нее чудесах, при большом стечении народа крестным ходом отправились к дому Жолниных, а затем и к тому месту, где был обретен образ. И снова были явлены многочисленные чудеса и исцеления, около 80 человек слышали голос, предвещавший основание на этом месте монашеской обители2.
Вскоре икона была перенесена в Царевококшайск и поставлена в Воскресенском соборе города. Воевода приказал снять с нее список, а подлинник отправил в Москву, к государю Алексею Михайловичу. Икона была встречена в первопрестольной с величайшим торжеством; ее было приказано поставить в царских палатах, где страждущие, при-ходя с теплою верою, получали исцеление от недугов. Государь Алек-сей Михайлович приказал украсить образ, на месте его явления по-строить монастырь в честь святых Жен-Мироносиц и в 1649 году от-пустил явленную икону обратно в Царевококшайск3.
11 (24) сентября 1649 года на месте явления чудотворной Мироно-сицкой иконы Пресвятой Богородицы было начато строительство мо-нашеской обители, которая имела целью распространение христианства среди местного населения, по большей части языческого. В 1652 году постройка монастыря в основном завершилась4.
Жизнь насельников обители в таком глухом месте, где практиче-ски все население составляли марийцы-язычники, была трудной. Сразу после основания монастырь стал подвергаться нападениям местных жителей, имевших к монашествующим территориальные претензии и считавших монастырские земли своими. Насельники Мироносицкого монастыря, неоднократно просившие власти оградить их от нападений соседей-язычников, реальной поддержки так и не получили5. Более того, согласно указу о церковных владениях, изданному в 1764 году при императрице Екатерине II, Мироносицкая пустынь была отнесена к числу заштатных монастырей6, то есть находящихся на «своем со-держании» за счет «рукоделий» или «мирского подаяния» и не полу-чавших содержания от государства. Именно с этим, видимо, и были связаны хозяйственные проблемы обители, о которых писал в начале XX века тогдашний ее настоятель игумен Пантелеимон (Рожновский): «Монастырь находится в большой нужде, и храм от времени пришел в большую ветхость... Трудно во всей подробности описать все нужды обители, тем более что эти нужды постоянно меняются: одно приходит в большую ветхость, а другое исправляется, благодаря усердию доб-рых пожертвователей, которые ревнуют о славе Божией и заботятся о духовной пользе для народа, чтобы в нем возможно сильнее поддер-живать покаянное чувство, живую веру и жажду спасения»7.
Несмотря на тяжелое хозяйственное положение, в духовной жизни Мироносицкой пустыни царило благочиние. В центре жизни обители была Мироносицкая икона, празднование которой соверша-лось, как и ныне, трижды в год – 14 мая (1 мая ст.ст.), в день ее явле-ния, в третье воскресенье после Пасхи – Неделю Жен-Мироносиц, а также 6 июля (23 июня по ст.ст.) – в день празднования Сретения Владимирской иконы Божией Матери. В эти дни в Мироносицкую пустынь собирались крестьяне из окрестных деревень и жители близлежащих уездов соседних губерний, желающие получить благо-словение Божие на свои труды. Пресвятая Богородица через Свой чудотворный образ благодетельствовала ближайшему населению, которое не страдало ни от повальных болезней, ни от неурожаев, ни от каких-либо иных бедствий, какие бывали в других местностях. В этом одна из причин того, что икона стала почитаться среди населе-ния, а монастырь называли обыкновенно не Мироносицкой пусты-нью, а Святым местом8.
В Мироносицкую обитель приходило немало просьб отпустить святую икону в крестные ходы для служения молебнов, освящения домов и благословения народа. С XVII века появился обычай совер-шать крестный ход, во время которого Мироносицкая икона ежегодно приносилась в Царевококшайск и находилась здесь с 1 по 16 августа (ст.ст.). Во время пребывания чудотворного образа в городе его носили по всем городским храмам, близлежащим селениям, а по просьбе ве-рующих – и по домам, где служились молебны. Крестные ходы с Ми-роносицкой иконой совершались и по окружающим Марийский край городам и весям: в 1677 году архиепископ Казанский Иоасаф издал указ, разрешавший носить чудотворный образ в Чебоксары, Ци-вильск, Козьмодемьянск. Впоследствии крестные ходы совершались и в Вятскую губернию9. В ходе их проводились душеполезные бесе-ды, при стечении народа служились торжественные молебны в хра-мах, на полях, в домах и по молитвам к Божией Матери совершалось множество чудес и исцелений.
Мироносицкий монастырь вел большую просветительскую дея-тельность, оказывал огромное духовное и нравственное влияние на местное население. Иеромонахи обители по просьбе верующих совер-шали богослужения в селах, где не было священников. В монастыре существовала неплохая библиотека, при деятельном участии братии в Казани были напечатаны наставления в православной вере, последова-ние Божественной литургии, другая духовная литература. Обитель оказывала помощь вновь открывающимся школам; в самом монастыре существовала земская, а затем и церковно-приходская школа10. Воспи-танники училищ, городских и сельских начальных школ совершали в Мироносицкую пустынь паломничества, обычно пешком, в сопровож-дении учителя и приходского священника. Обитель предоставляла де-тям помещение для ночлега и трапезу, насельники ее раздавали учени-кам брошюры с описанием истории празднования в честь чудотворной иконы святых Жен-Мироносиц. Учащиеся пели на службах, пости-лись, исповедовались, причащались. Монастырское богослужение, чудотворная икона, уклад монашеской жизни – все это производило на юных паломников большое впечатление11. В марте 1910 года по благо-словению архиепископа Казанского и Свияжского Никанора (Камен-ского) при Мироносицкой пустыни был открыт миссионерский приют, который рассматривался как одна из существенных мер в деле про-свещения местного населения. Воспитанникам было отведено поме-щение в монастыре, они обеспечивались всем необходимым, обуча-лись в находящейся при обители школе. Монастырь также содержал воспитанников приюта, по тем или иным причинам обучавшихся вне его стен12.
С установлением советской власти обстоятельства жизни Миро-носицкой обители резко изменились. Секуляризация монастырских хозяйств, проводимая в первые послереволюционные годы, стала од-ним из элементов программы уничтожения Церкви в России, а отчуж-дение имущества и земель сопровождалось физическим насилием над насельниками монастырей, чему не препятствовала (а иногда даже и поощряла) местная власть. В 1917 году, подстрекаемые Земельным комитетом Вараксинской волости, крестьяне пытались отобрать у Ми-роносицкого монастыря луга, а демобилизованные солдаты – пожерт-вованный верующими скот. В декабре 1917 года крестьяне деревень Большое Кердешево, Пайгишево, Кельмекеево захватили монастыр-скую дачу в деревне Алексеевка Петриковской волости, изгнав под угрозой смерти сторожей. 16 января 1919 года постановлением испол-кома Царевококшайского уездного совета все постройки монастыря, инвентарь, скот, земельные угодья были национализированы. Во вла-дение братии были предоставлены лишь один каменный корпус, на-стоятельский дом и храм со всей утварью. Но и этого властям показа-лось мало: 1 апреля 1919 года верхний этаж настоятельского дома был отобран под Народный дом, а нижний – под квартиры для учащихся13. 23 января 1920 года тогдашний настоятель Мироносицкого монастыря иеромонах Варсонофий (Никитин) в отчете епархиальному начальству сообщал: «Хозяйство монастыря, состоявшее из полевых, луговых, лесных угодий, нарушено, скот реквизирован, пасека с пчелами ото-брана, и единственным пособием на существование братии за послед-нее время является жертва православных христиан … и доход от слу-жения молебнов пред чудотворным образом Свв. Жен-Мироносиц и Владимирской Божией Матери»14. Наряду с хозяйственным разорени-ем обители начались аресты ее насельников. Так, в 1918 году был аре-стован иеромонах Гавриил (Бурцев), проведший под арестом 2 недели, в 1919 году – послушник Михаил Петров, находившийся в заключении до 1921 года15, а также настоятель монастыря игумен Сергий (Мыти-ков)16. Но, несмотря на гонения, братия Мироносицкой пустыни про-должала свое служение Богу и ближнему.
Идеологическое давление властей неуклонно усиливалось. Во время традиционного крестного хода с Мироносицкой иконой Божией Матери по храмам Краснококшайска и близлежащим селениям в горо-де проводилась кампания, включавшая атеистические лекции, антире-лигиозные спектакли и концерты. Каждое подобное мероприятие со-провождалось выступлением духового оркестра, танцами и гуляния-ми17. Но отвлечь население Краснококшайского уезда от веры не уда-валось: люди принимали участие в крестных ходах, почитали насель-ников Мироносицкого монастыря, шли к ним за советом и утешением. Такое положение дел не устраивало советскую власть. 21 июля 1923 года, перед очередным крестным ходом, были арестованы настоятель монастыря архимандрит Варсонофий (Никитин), иеродиаконы Рафаил (Вечкилев), Иннокентий (Куледин), послушник Кирилл Юферев и не-которые другие насельники монастыря. Все они находились в заклю-чении в Краснококшайском исправительно-трудовом доме18.
Начало 1920-х годов – время гонений на Церковь под предлогом «сокрытия ее служителями церковных ценностей вследствие нежела-ния помочь голодающим». Конечно же, это было неправдой. В августе 1921 года Патриарх Тихон обратился с просьбой о помощи голодаю-щим к Православным Патриархам, деятелям других христианских ис-поведаний, к православным людям России и всего мира. По его благо-словению был основан Всероссийский Церковный Комитет помощи голодающим; в храмах начался сбор средств и ценностей, исключая предметы, используемые только при совершении таинства Евхаристии. Но советская власть решила использовать сложившуюся тяжелую си-туацию для развертывания гонений на верующих. Ленин писал в связи с этим: «Мы должны дать самое решительное и беспощадное сражение духовенству … с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в те-чение десятилетий. … Чем больше духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше»19. Начались репрессии и в Марийском крае, в ходе которых ряд насельников Мироносицкого монастыря и крестьян села Ежово были обвинены в «распространении религиозной литературы» и в «сокрытии церковных ценностей». В феврале 1924 года дело было рассмотрено Облсудом МАО. «За [якобы] халатное отношение к сбережению церковного имущества» настоятель мона-стыря архимандрит Варсонофий (Никитин) был приговорен к 6 годам тюремного заключения, остальные обвиняемые получили сроки нака-зания от 6 лет до 1 года20. Таким образом, Мироносицкая пустынь пре-кратила свое существование. В мае-июне 1924 года по просьбе Крас-нококшайского обновленческого церковного управления, поддержи-ваемого советской властью, территория монастыря, храм и другие по-стройки были переданы в руки обновленцев21 и более чем на десять лет стали резиденцией обновленческого архиерея. В 1936 году мона-стырский храм был и вовсе закрыт22, а явленная Мироносицкая икона Пресвятой Богородицы пропала, местонахождение ее в настоящее время неизвестно.
В годы гонений на Церковь многие насельники Мироносицкой обители служили на приходах, утешая и ободряя людей, помогая им сохранить веру, духовно противостоять царившему вокруг нечестию. Немалая часть братии Пустыни пострадала за Христа, приняв мучени-ческую кончину. Игумен Сергий (Мытиков), управлявший монасты-рем в 1916-1919 годах, был арестован 31 августа 1945 года по ложному обвинению в контрреволюционной деятельности и скончался через четыре месяца во внутренней тюрьме Управления Министерства госу-дарственной безопасности по Кировской области23. Последний настоя-тель Мироносицкого монастыря архимандрит Варсонофий (Никитин), приговоренный 18 августа 1943 года к 10 годам лишения свободы, скончался 22 марта 1944 года в яранской тюрьме24. Предание гласит, что в момент его кончины над тюрьмой воссиял столп света и даже уголовники с уважением говорили, что скончался священник25. Похо-ронен архимандрит Варсонофий на яранском городском кладбище, могилка его расположена неподалеку от часовни преподобного Мат-фея Яранского.
Судьбу настоятелей Мироносицкого монастыря разделили многие насельники обители. 18 мая 1931 года был арестован, а затем пригово-рен к 3 годам заключения диакон Николай Юричев, ранее бывший по-слушником в Пустыни, а к началу 1930-х годов служивший в Воскре-сенском соборе Краснококшайска26. В 1931 году к 8 годам лагерей приговорили иеромонаха Рафаила (Вечкилева), совершавшего в то время богослужения в церкви села Кивацкое Мордово-Боклинского района Оренбургской области27. Служивший в начале 1930-х годов в церкви Старого Села Оршанского кантона иеромонах Владимир (Сан-чиров) в 1932 году был приговорен к 3 годам заключения28. В 1937 году к 10 годам лишения свободы приговорили иеромонаха Малха (Блохина), в Йошкар-Оле были расстреляны иеромонахи Гавриил (Бурцев) и Маврикий (Петров)29. 29 сентября 1937 года тройкой УНКВД СССР по Кировской области к расстрелу был приговорен ар-химандрит Иннокентий (Куледин)30. 1 сентября 1945 года был аресто-ван монах Кирилл (Грицко), который в то время работал пастухом в колхозе «Память Ленина» Коминского сельсовета Йошкар-Олинского района МАССР; 10 лет он провел в лагерях31, пережил все тяготы за-ключения и скончался впоследствии в селе Кузнецово Медведевского района МАССР.
После закрытия монастырского храма в 1936 году обитель на дол-гое время опустела. Храм разрушался, была снесена ограда, уцелевшие монастырские постройки использовались под хозяйственные нужды. Новый этап в истории Мироносицкой пустыни начался с 1993 года, когда, с образованием Марийской епархии, территория обители с со-хранившимися на ней зданиями была возвращена Церкви. На Святом месте вновь затеплилась лампада иноческой жизни. Всему этому мы с вами являемся свидетелями.
За 13 лет, прошедшие с начала восстановления монастыря, Миро-носицкая пустынь во многом обрела свое прежнее величие. И произош-ло это благодаря неустанному труду насельниц обители, благотворите-лей, паломников, приезжающих в монастырь не только из разных мест нашей республики, но и из других областей России.
Сердцем монастырской жизни, как и в прежние времена, являет-ся Мироносицкая икона Пресвятой Богородицы. И хотя сам явлен-ный образ пока не найден, его список, хранящийся в монастырском храме, стал тем благодатным источником, из которого многие и мно-гие черпают помощь и силы в несении своего жизненного креста. Почитание чудотворного образа, не затухавшее и во время гонений, чему являются свидетельством сохраненные верующими списки Ца-ревококшайской иконы, вспыхнуло в эти годы с новой силой. Осо-бенно это ощущается на праздничном богослужении в день обрете-ния образа, когда в монастырский храм собирается все духовенство епархии и многочисленные паломники.
Ныне, предстательством Пресвятой Богородицы, Мироносицкий монастырь стал, как и прежде, одним из центров духовной жизни Ма-рийского края. Он вносит огромный вклад в дело возрождения Право-славия на нашей земле, в дело восстановления разрушенных безбожи-ем и грехом человеческих душ. И в заключение хочется пожелать се-страм обители и всем тем, кто помогает в ее восстановлении, помощи Божией в их очень нелегком, но так необходимом всему нашему наро-ду труде.



Примечания
1    Более подробное описание обстоятельств обретения Мироносицкой иконы и образования Мироносицкого монастыря см.: Малов Евфимий, протоиерей. Мироносицкая пустынь Казанской епархии. Казань, 1896.
2    Там же.
3    Там же.
4    Там же.
5    Там же. С. 11-16.
6    Там же. С. 129.
7    Мироносицкая пустынь, именуемая Святым местом. Казань, 1899. С. 7-8.
8    Там же. С. 3-4.
9    Ларионов В. Миссионерская деятельность Мироносицкой пустыни в XVII-начале XX столетия // Мироносицкий вестник. 1997. ? 2.
10    Ларионов В.С. Миссионерские монастыри Поволжья как центры духовного просвещения // Христианское просвещение и русская культура. Материалы научно-богословской конференции. Йошкар-Ола, 1998. С. 32-33.
11    См., например: Паломничество учеников Ронгинской школы в Мироносиц-кую пустынь // Известия по Казанской епархии. 1910. ? 29.
12    Миссионерский приют при Мироносицкой пустыни // Известия по Казан-ской епархии. 1910. ? 18.
13    НАРТ. Ф. 4. Оп. 150. Д. 115. Л. 78-87, 93.
14    Цит. по: Журавский А.В. Секуляризация монастырских хозяйств в нацио-нальных республиках Поволжья в 1917-1919 гг. // Христианское просвещение и русская культура. Материалы III научно-богословской конференции. Йош-кар-Ола, 2001. С. 51.
15    Дело по обвинению иеромонахов Гавриила (Бурцева) и Маврикия (Петрова). ГА РМЭ. Р. 1086. Оп. 7. Д. 1071.
16    ГА РМЭ. Р. 35. Оп. 5. Д. 7. Л. 3.
17    См., например: ГА РМЭ. Ф. П. 6. Оп. 1. Д. 63. Л. 133; Д. 85. Л. 173 об.
18    ГА РМЭ. Р. 180. Оп. 1. Д. 22. Л. 79.
19    Цит. по: Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвиж-ники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Кн. 2. Тверь, 2001. С. 41.
20    НАРТ. Р. 1172. Оп. 3. Д. 417.
21    Там же.
22    ГА РМЭ. Р. 250. Оп. 1. Д. 1608. Л. 47.
23    Игумен Сергий (Мытиков): материалы к биографии // Марийский архивный ежегодник-2004. С. 184-185.
24    Архимандрит Варсонофий (Никитин): жизнь и труды // Христианское про-свещение и русская культура. Материалы VII научно-богословской конферен-ции. Йошкар-Ола, 2004. С. 70.
25    Ильинская А. Исповедник Православия // Вятский епархиальный вестник. 1997. ? 8.
26    Дело по обвинению диакона Николая Юричева. ГА РМЭ. Р. 1086. Оп. 2. Д. 998.
27    Стремский Н.Е., священник. Мученики и исповедники Оренбургской епар-хии XX века. Кн. 1. Поселок Саракташ Оренбургской области, 1998. С. 158.
28    Дело по обвинению иеромонаха Владимира (Санчирова). ГА РМЭ. Р. 1086. Оп. 7. Д. 418, 419.
29    Трагедия народа. Т. 1. Йошкар-Ола, 1996. С. 78, 86; Т. 2. Йошкар-Ола, 1997. С. 79.
30    Архив УФСБ по Кировской области. Д. СУ-9817.
31    Архив УФСБ по Республике Марий Эл. Д. 4295.
 
< Предыдущая   Слудующая >