Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ arrow Культурология arrow Культурологическое образование



реклама:




Культурологическое образование
Автор: О. Д. Гаранина

Культурологическое и профессионально техническое образование: грани взаимодействия.

Парадокс социальной реальности, все элементы которой созданы мыслью и руками человека, заключается в том, что смысл, значение, являющиеся внутренней сутью социального явления, могут быть понятны не каждому. Социальное явление имеет смысл (значение) только в отношении к человеку (субъекту), владеющему кодом расшифровки этого смысла. Кто видит в языке лишь совокупность знаков, тот не владеет языком; кто не знает, что гудок автомобиля символизирует опасность, рискует погибнуть под колесами. Субъективность духовного пространства человека выражена в том, что оно формируется и существует лишь в его значении для этого человека, но не в содержании культурных объектов самих по себе, в их объективном существовании.

Духовное в человеке возможно постольку, поскольку природа человека как субъекта, потенциально соответствует миру культуры, который он создает сообразно своей природе, в котором он живет, сохраняя себя как природное и духовное существо. Если символика культурных объектов (знаков, предметов, звуков и др.) не может быть раскодирована (понята) человеком, то духовное в человеке не возникает и не развивается. Иными словами, развертывание субъективного духа осуществляется через освоение объективного духа, воплощенного в культуре. Антропоориентированное рассмотрение культуры предполагает в качестве методологической предпосылки ее трактовку как меры человеческого в человеке. Человеческое в данном смысле предполагает становление личности, ее духовное возвышение, достигаемое в процессе социализации и инкультурации, наполнение духовного пространства субъекта социально значимыми ценностями. В этом состоит целевая функция образования, которое в настоящее время в российском обществе находится в процессе поиска своих приоритетов. Хорошо известна общая тенденция науки к интеграции естественнонаучного, технического и гуманитарного знания. Однако эта интеграция еще не находит должного отражения в практике высшей школы, которая слишком долго шла вслед за дифференциацией науки, что привело в конечном счете к игнорированию гуманитарных дисциплин в системе профессиональной подготовки специалистов. В погоне за быстро достижимым практическим результатом забыли, что гуманитарное знание есть неотъемлемая часть научного знания, база культуры, превращающая любого специалиста, овладевшего ею в интеллигента в лучшем смысле этого слова. В последнее время в проектировании стратегии высшего технического образования большое распространение получили технократические подходы, типичным для которых является рассмотрение производства ради производства, создание техники ради техники. Практика инженерного образования все активнее направляется на выработку у будущих специалистов навыков и умений решения сугубо технических задач. Нередко из поля зрения уходит человек как главный субъект и цель технической деятельности. Вместе с тем, современная социальная ситуация характеризуется как антропологический поворот во всех сферах жизни общества, то есть поворот к человеку. Напряженное внимание к человеку в современном мире обусловлено, прежде всего, потребностью осмысления сложных жизненных коллизий, возникающих в процессе его повседневного существования. Стало ясно, что целый ряд проблем человеческой жизни вряд ли может быть решен в рамках естественнонаучного знания, которое достигло значительных успехов в познании природы, но остановилось перед тайной человека, не в силах ответить на вопрос, что же представляет собственно человеческое в человеке, каковы перспективы развития технологических, биологических, психологических и социальных аспектов человеческого бытия, проявившихся в современных условиях (экологические проблемы, техногенные катастрофы, генная инженерия, трансплантация органов, рост агрессивности и т. д.). Особенно остро недостаточность размышлений о человеке проявляется в студенческой среде технического вуза, где подавляющая система получаемых студентами знаний лишена гуманистического пафоса. Подобная ситуация опасна также и вследствие того, что студенты технического вуза в своей познавательной, а впоследствии и профессиональной деятельности, по преимуществу имеют дело не с гуманитарными объектами, а с техническими системами, то есть неживыми, неодушевленными объектами. Рассматриваемая проблема разнопланова, но остановимся на анализе ее двух основных граней. Во-первых, человек, конструируя технические системы, обеспечивающие комфортные условия его существования, расширяет границы искусственного вещного мира, тем самым уменьшая пространство живого, свертывая возможности естественного проявления жизни. Технизированная среда создает и особое духовное пространство: не разомкнутое на единство с космосом, природой, другими людьми, а замкнутое на взаимодействии с технической системой. Это пространство требует от человека специфических психологических качеств, здесь приоритетное место занимают логико-когнитивные ценности — рациональность, следование порядку, исполнительность; на периферию духовности уходят такие общечеловеческие нравственно-ценностные ориентиры, как добро, сострадание, милосердие, которые не нужны в общении с технической системой. А. Тоффлер называет современное общество «обществом одноразовых стаканов», а человека этого общества — «модульным человеком» (Тоффлер А. 1997: 40, 72), подчеркнув тем самым коренное изменение психологии личности в новых индустриальных условиях. Содержание этого психологического изменения детерминировано ослаблением «социального давления», которое утрачивает свое регулятивное значение в «поддельной реальности», создаваемой современной техникой. В этой быстро развивающейся реальности утверждается и позитивно оценивается фрагментарность личностного взаимодействия, обусловленная уроками временности, быстроты смены отношений человека и продуктов технизированного мира (на обыденном уровне это проявляется в постоянном стремлении к смене старой модели машины на новую, старой бытовой техники на более современную, и, в конечном счете, к усиливающейся тенденции избавления от старых механизмов, что, в общем-то, рационально, и является предпосылкой комфортизации жизни). Происходит изменение традиционной схемы общения, ориентированной на стабильность, долговременность, преданность, верность — взаимодействие человека и техники подлежит оценке не в нравственных категориях, а в терминах рациональности и полезности. Во взаимодействии с техническими системами утрачивает смысл нравственный императив, сформулированный И. Кантом («никогда не рассматривай другого человека как средство, а всегда только как цель»), поскольку техника используется, прежде всего, как средство (заметим, что целью в данном случае, как правило, выступает не другой человек, а собственная личность, стремящаяся к материальному комфорту и рационализму). Невостребованность нравственного императива в основных сферах жизни человека, связанных с использованием технических систем, становится правилом и неизбежно приводит к его игнорированию. Другая грань рассматриваемой проблемы состоит в том, что возрастающие масштабы технизированной среды, расширение границ техногенного мира, неизбежно свертывают границы мира жизни, живой природы. По мнению Э. Фромма один из самых простых и очевидных признаков современного индустриального человека заключается в том, что его больше не интересуют другие люди, природа, все живое. Исходя из этого, философ делает методологически многообещающий для анализа современного этапа цивилизационного развития вывод: когда страсть к техническим устройствам заменяет подлинный интерес к жизни, создаются условия для формирования некрофильской, деструктивной ориентации, проявляющейся в отказе от нравственно-гуманистического взаимодействия во всех сферах жизни. «Другой» как живое существо, как партнер по жизненному пространству перестает быть ценностью (Фромм, 1996: 294). Гуманистический центризм, выражаемый в любви к живому, одухотворенному и знаменующий биофильскую (от греч. bios — жизнь, phileo — люблю) жизнеценностную ориентацию человека, заменяется технократическим утилитаризмом, практицизмом, не требующим человеческого контакта, лишающим человека эмоциональной близости и духовного взаимообогащения. Создаются условия для формирования некрофильской (от греч. nekros — мертвый), деструктивной ориентации (Э. Фромм), проявляющейся в отказе от нравственных ориентиров во всех сферах жизни. Эта ситуация делает актуальной задачу духовной безопасности личности в технизированном механическом мире, решаемую через духовное возвышение человека, наполнение его духовного пространства нравственными гуманистическими ценностями. Важность решения этой задачи обусловлена во многом тем, что все более обостряется противоречие между гуманистическими ориентирами общества и реальным духовным обликом покидающего стены технического университета специалиста. Сфера профессиональной деятельности сегодня все в большей степени становится независимой от сферы нравственности, от этических ценностей. Основанием для такого вывода является все большая абсолютизация профессионализма и профессионала как центральной фигуры во всех сферах деятельности. Однако указанная абсолютизация упускает из виду тот, казалось бы, очевидный факт, что узкие интересы профессии (решение профессиональных задач) могут сделать неразличимыми, латентными интересы общечеловеческие, главным образом нравственного порядка. Современные острейшие экологические проблемы в значительной мере есть следствие профессиональной деятельности, то же самое можно сказать о проблеме психологических стрессов, о проблеме бюрократизма и т. п. Другой негативный аспект узкого профессионализма заключается в том, что профессиональная деятельность способна фальсифицировать духовность, то есть создавать ее эрзацы в случае, если она ориентирована ложными, сиюминутными ценностями и идеалами, что случается весьма часто, тем более, что в профессиональной среде имеется склонность к преувеличению значения и ценности своей деятельности и ее результатов. В этом случае в диспозиции «человек — профессионал» происходит инверсия не в пользу человека. Возможность фальсификации духовности, отказ от гуманистической направленности в профессиональной деятельности — одно из самых глубоких противоречий современной культуры. Зарождается это противоречие в период профессиональной подготовки, которая является задачей инженерного образования. Социологические опросы свидетельствуют, что многие будущие инженеры, несмотря на широкомасштабную гуманитарную подготовку, осуществляемую в современных технических университетах, не преодолели технократический снобизм, десятилетиями утверждавшийся в массовом сознании: каждый второй из опрошенных убежден в том, что главное качество будущего специалиста — узкий профессионализм, а общекультурная подготовка должна осуществляться на факультативных началах. Парадокс современного образования состоит в том, что вне высокого профессионализма культура в настоящее время развиваться не может; узкий профессионализм же может поставить культуру на грань уничтожения, поскольку происходит расширенное угнетение человеческого в человеке, что естественно ведет к дегуманизации самого человека и среды его обитания. Решение этого парадокса, конечно, лежит в сфере гуманитарной переориентации социальной жизни в целом, но, в контексте рассматриваемой проблемы, приоритетное значение здесь имеет система профессиональной подготовки, которая должна, как молекула ДНК, превратиться в целостное единство двух линий. Первая — это безусловное расширение и совершенствование профессионального образования как объективное требование и условие технического и культурного развития общества. Вторая — резкое повышение значения, уровня и содержания гуманитарного образования для всех без исключения специальностей. Причем дело заключается не в увеличении количества часов гуманитарных дисциплин, в том числе культурологии, в учебных планах, а в создании такой системы подготовки, которая бы всякое профессиональное образование вписывала бы в контекст культуры, позволяла бы задачи профессиональной деятельности понимать как часть культурной деятельности, гуманистической по своему содержанию и направленности. Точнее сказать, задача здесь заключается в том, чтобы формировать способность гуманитарного мышления и гуманитарного видения всякой проблемы для специалиста любой сферы деятельности. Данные социологических опросов вселяют надежду на то, что такая болезнь студентов технических вузов как «технократический снобизм» не станет хронической на стадии профессиональной деятельности, поскольку в принципе может быть преодолена в процессе активной гуманитарной подготовки: результаты социологического исследования, проведенного в Московском государственном техническом университете гражданской авиации показали, что большинство опрошенных студентов (80,9 %) отметили, что испытывают потребность в расширении кругозора, повышении уровня своей культуры.  
Обращение к антропологическим проблемам в гуманитарном, естественнонаучном и специальном знании, создание гуманизированной среды обучения в период профессиональной подготовки могут рассматриваться как важные предпосылки формирования нравственных императивов инженерной деятельности, возникновения духовного нравственного пространства, вне которого человек как профессионал уже не сможет существовать. Формирование высокой гуманитарной культуры будущих специалистов — потребность и веление нашего времени.

Список литературы
Тоффлер, А. (1997) Футурошок. СПб.
Фромм, Э. (1996) Антология человеческой деструктивности. М.
 
Рекомендуем:
< Предыдущая   Следующая >