Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ arrow Государство и право arrow Потенциал культуры





Потенциал культуры

Коммуникативный потенциал культуры

Автор: В. Е. Буденкова

Современную социокультурную ситуацию часто характеризуют с позиций коммуникативности, глобализации и информатизации. Исследователи отмечают динамизацию социальных процессов, возрастание роли случайных факторов в общественном развитии и повышение взаимной зависимости и взаимной ответственности государств, народов и культур. В этих условиях особую актуальность приобретает способность культуры адаптироваться к быстро меняющимся условиям, готовность к диалогу, умение выстраивать отношения на принципах уважения, открытости, толерантности. Но история культуры показывает, что интенсивность коммуникативных процессов в разных культурах разная.

Есть культуры «открытые», в которых внутренние и внешние коммуникации хорошо развиты и находятся в состоянии гармоничного равновесия. Они активно взаимодействуют с другими культурными формами и типами, «не боятся» инокльтурного влияния. Для таких культур постоянный обмен информацией — необходимое условие существования и развития. В современном мире большинство культур объективно тяготеет именно к открытому типу.

Но есть культуры «закрытые», где доминируют внутренние коммуникации. Как правило, эти культуры замкнуты, а коммуникативные процессы в них достаточно четко регламентированы. Примером может служить любая традиционная культура или субкультура, организованная по типу традиционной. В России такой субкультурой было и остается старообрядчество.
Кроме того, одна и та же культура в разные периоды своего существования может по-разному проявлять себя в коммуникациях. Так, например, культура средневековой Руси и культура Петровской России представляют разные в коммуникативном отношении типы. В первом случае можно говорить о закрытости, а во втором о переходе к открытому типу культуры.
В зависимости от того, к какому типу принадлежит культура или на каком этапе своего развития она находится, формируются ее коммуникативные связи и отношения. Можно с уверенностью предположить, что типологически близкие культуры имеют больше предпосылок и возможностей для диалога и образования единого коммуникативного пространства, поскольку основываются на общих целях и ценностях и реализуют сходные коммуникативные схемы. Коммуникацию в таких культурах можно назвать симметричной, а сами культуры «коммуникативно симметричными». Здесь каждый участник коммуникативного процесса выступает и в роли адресата и в роли адресанта. Что касается культур, принадлежащих к разным типам, то здесь коммуникация будет носить ассиметричный характер, когда один из участников диалога выступает в роли донора (источника информации, смыслов, ценностей), а другой — реципиента (получателя)1.

Для любой культуры, переживающей смену парадигмы или находящейся в стадии становления, характерна коммуникативная восприимчивость, т. е. она усваивает опыт и информацию других более «старших» или развитых в определенном отношении культур. Наоборот, культура становится «донором», когда достигает зрелости и (если рассматривать существование и развитие культур в парадигме цикличности) начинает приходить в упадок. Для культуры любой страны или эпохи2 характерны периоды «восприимчивости» и «донорства», и с этой точки зрения цикличность коммуникативных процессов характерна для всех культур.

Безусловно, данное обстоятельство следует учитывать при разработке стратегий межкультурного диалога и в коммуникативной практике для повышения эффективности межкультурных коммуникаций.

Объявление:

Но успешность коммуникаций определяется не только типом вовлеченных в нее культур. Зачастую, культуры, принадлежащие, по сути, к одному типу, имеющие общие основания и внешнее сходство, в коммуникативном отношении ведут себя по-разному. Сценарии поведения могут варьироваться от «коммуникативной агрессии» до «коммуникативной пассивности», в зависимости от партнера. Примером такой «ассиметричной» коммуникации выступает культурное взаимодействие США и стран Европы, например в сфере киноиндустрии, или коммуникативные процессы между странами Западной и Восточной Европы, когда одна из сторон берет на себя роль «наставника» и транслятора культурных ценностей, а другой отводится роль ученика. И дело здесь не только в различии целей, когда каждый участник диалога преследует свои интересы и, вольно или невольно, стремится навязать партнеру собственный сценарий общения. Поведение участников зависит, по меньшей мере, от двух факторов: степени готовности культуры к диалогу и связанным с ним изменениям и устойчивости ее оснований и принципов, которые вместе образуют ее коммуникативный потенциал.

Коммуникативный потенциал — способность культуры вступать в коммуникации, связи и отношения с другими культурами и развиваться под их влиянием, сохраняя собственную идентичность. Коммуникативный потенциал любой культуры характеризуется наличием и соотношением двух необходимых качеств — устойчивости (стабильности) и изменчивости (трансформативности). Коммуникативная устойчивость означает, что культура обладает высоким коммуникативным потенциалом, если в диалоге с другими культурами, она сохраняет свое ядро (базовые ценности, смыслы, традиции). Коммуникативная изменчивость демонстрирует способность культуры к адаптации и развитию в постоянно меняющихся условиях. Чем более гибкой, «отзывчивой» и динамичной оказывается культура, тем выше ее коммуникативный потенциал. Таким образом, коммуникативный потенциал культуры зависит от степени выраженности обоих названных качеств.

Следует отметить, что в данном случае речь идет об идеальной модели культуры. В реальности чаще бывает так, что в отношении конкретных культур (национальных, локальных, региональных) можно говорить о преобладании какого-то одного качества или тенденции: стремления к стабильности, которое достигается ограничением коммуникаций и коммуникативного пространства, или трансформативности, таящей угрозу утраты культурой собственной идентичности. Ограничение (лимитирование) диалога и стремление к установлению контроля над коммуникативными процессами характерны для культур закрытого типа и тех субкультур, которые обладают собственной идеологией или нацелены на выполнение определенной «миссии». Как правило, в подобных культурах (субкультурах), строящихся по иерархическому принципу, где место, роль или функция человека четко обозначены и определены, важен ритуал и ритуальное поведение. Это культуры «тайных обществ» (вроде масонов), монашеских орденов, «землячеств» и т.д. Специфика коммуникативных процессов в таких структурах обусловлена задачами самосохранения в «неблагоприятных» условиях. К таким условиям можно отнести отсутствие легитимности или признания со стороны социума и других культур («тайные общества», разного рода маргиналы) и пребывание в инокультурной среде («землячества»). Кроме того, система ценностей и базовых смыслов у названных субкультур отличается от общепринятой или доминирующей в культуре, частью которой они являются. Сохранение ядра и жизнеспособность всей культурной системы обеспечиваются здесь не благодаря сформировавшейся традиции, а за счет специальных действий, направленных на поддержание устойчивости. Отсутствие ограничений в коммуникациях и обмене информацией может привести к разрушению (деформации ядра) и ассимиляции субкультуры. Следование ритуалу и регуляция поведения позволяют поддерживать ядро культуры, постоянно актуализируя основные ценности.

«Обратной стороной» ограничения коммуникаций выступает коммуникативная агрессия, проявляющаяся в стремлении одного из участников навязать партнеру свою стратегию диалога и управлять процессом по собственному сценарию. В данном случае конечная цель коммуникации особого значения не имеет: это может быть как трансляция собственных ценностей и смыслов (культурная экспансия), так и заимствование из арсенала других культур. Агрессивные стратегии поведения характерны для молодых культур и культур, с неустойчивым ядром, которые сформировались в результате эклектичного взаимодействия разных традиций. Как было сказано выше, поведение США в различных сферах: от экономики и политики до науки и искусства являет собой яркий пример коммуникативной агрессии.

Культуры, с недостаточно устойчивыми основаниями, или переживающие смену парадигм, отличаются повышенной коммуникативной изменчивостью. Под влиянием других культур они не только расширяют коммуникативное пространство, но зачастую теряют свое «лицо», подчиняясь разнообразным внешним влияниям. Стремясь избежать маргинализации, такие культуры вынуждены «подстраиваться» под более сильных и опытных в коммуникативном отношении партнеров. Особую актуальность проблема коммуникативной изменчивости приобретает в связи с процессами глобализации и переходом к информационному обществу. Умение ориентироваться в информационных потоках и выбирать адекватные стратегии поведения и деятельности способствует не только повышению эффективности межкультурного диалога, но и самосохранению культуры.

Таким образом, коммуникативный потенциал, определяя характер культурных взаимодействий, определяет и место той или иной культуры, в со-временном мире. Высоким коммуникативным потенциалом, а следовательно и большим влиянием и возможностями развития, обладают те культуры, базовые ценности и смыслы которых позволяют осуществлять коммуникацию и расширять коммуникативное пространство без ущерба для нее самой и других участников диалога.

Изучение коммуникативного потенциала культуры позволяет прогнозировать результаты общения, разрабатывать сценарии продуктивного диалога и модели коммуникаций, основанные на принципах толерантности и взаимного уважения. Оценивая коммуникативный потенциал, мы получаем возможность позиционировать себя в коммуникативном пространстве и лучше понимать не только другие культуры, но и свою собственную. С точки зрения коммуникативного потенциала можно рассматривать культурно-исторические эпохи и национальные культуры, страны и регионы. В этом случае речь может идти о коммуникативном потенциале региона.

Но никакая культура не существует в отрыве от социума и социальных процессов, оказывающих влияние на ее коммуникативный потенциал. Существует множество факторов, способствующих повышению коммуникативного потенциала или, наоборот, его снижению. Выявление и анализ этих факторов — необходимое условие управления коммуникациями. В числе факторов, влияющих на коммуникативный потенциал, можно выделить внешние и внутренние. Внешние характеризуют процессы, происходящие в современном мире, и отражают общее состояние нашей цивилизации. К внешним — общецивилизационным — факторам относятся глобализация, рост потребления, развитие технологий и информатизация, динамизация культурных процессов, стремление к постоянному обновлению и т.д. К внутренним, специфичным для данной культуры или региона, можно отнести политико-экономические, социальные, религиозно-этнические, идеологические условия и факторы, сочетание которых и определяет ее уникальность.

Поскольку характер и особенности коммуникативных процессов зависят, в первую очередь, от индивидуальных особенностей культуры, обратимся к анализу внутренних факторов.
Политико-экономические факторы. В эту группу входят такие критерии, как уровень развития экономики и тенденции ее динамики, степень демократизации общества и его открытость3, политическая и экономическая стабильность. Перечисленные характеристики можно разделить на две самостоятельные подгруппы: политическую и экономическую, но в современной России, да и в мире в целом, взаимовлияние и взаимозависимость этих сфер очень велики. Примером могут служить предвыборная кампания в США, проходящая на фоне развивающегося финансового кризиса и августовские события на Кавказе, повлиявшие не только на расстановку сил в Европе, но, в первую очередь, изменившие характер диалога между всеми заинтересованными сторонами.

В первом случае мы имеем свидетельство того, как экономические факторы определяют тематику и тональность политической риторики. При этом, несмотря на всю серьезность положения, за реакцией на экономические проблемы и предложениями кандидатов по их решению, явно прослеживаются политические интересы и желание «заработать политические очки».
Что касается грузино-югоосетинского конфликта, то неэффективность коммуникаций, особенно на первоначальном этапе (речь идет о международном уровне) обусловлена предвзятостью некоторых участников, обусловленной стремлением использовать ситуацию для решения своих проблем и получения выгоды, даже ценой поощрения военных действий. Подобная позиция свидетельствует о преобладании ограничительных тенденций и приводит к коммуникативной агрессии.

Продуктивность диалога зависит от умения сторон находить «общее в различном», т.е. точки совпадения интересов, и готовности идти на компромиссы. Такая коммуникативная стратегия возможна в случае гармоничного сочетания устойчивости и изменчивости в культуре и социуме. Современная Япония является прекрасной иллюстрацией их сбалансированности и высокого коммуникативного потенциала. Будучи одной из наиболее динамичных экономик в мире, Япония сохраняет ценностно-смысловое ядро своей культуры: традиции, верования, образ жизни.

В целом, можно утверждать, что стабильное развитие, устойчивые демократические традиции и динамично развивающаяся экономика способствуют повышению коммуникативного потенциала. Экономический рост приводит к увеличению контактов, причем не только в экономике, но и в других сферах, что в свою очередь, открывает перед субъектом (страной, народом, регионом) новые коммуникативные возможности.

Социальные факторы. Эта группа включает такие показатели, как возрастной состав населения, уровень жизни, уровень образования.

Если рассматривать уровень развития коммуникативного потенциала с точки зрения демографической ситуации, то можно предположить, что наиболее активной в развитии межкультурных коммуникаций является та часть населения, которую, в зависимости от критериев и оснований выделения, называют «экономически активным населением», «средним поколением» и т.д. Безусловно, эти понятия не тождественны, однако в контексте рассматриваемой проблемы они отражают качественные характеристики определенной социальной группы. Молодому поколению не хватает коммуникативной устойчивости. Молодежь слишком подвержена влияниям, склонна к заимствованиям и подражанию. Культурная традиция в этой демографической группе достаточно слаба по объективным причинам. Старшее поколение, наоборот, консервативно, не слишком доверяет новому, ему сложнее адаптироваться к быстро меняющейся действительности. Поэтому основным носителем коммуникативного потенциала является «среднее поколение», у которого уже сформировались взгляды, нравственные ориентиры, вкусы и предпочтения и которое готово к критическому восприятию нового. Не менее важен и тот факт, что данная часть социума, обладая знаниями и опытом, не только активно участвует в жизнедеятельности общества, но и обеспечивает социально-экономическое развитие.

В России экономически активное население составляет около половины всего населения. Само по себе это отношение ничего не говорит об уровне коммуникативного потенциала. Но, учитывая вышеизложенное, можно предположить, что чем выше процент экономически активного населения, тем выше коммуникативный потенциал.

Что касается образования, то здесь зависимость прослеживается достаточно ясно: чем выше уровень образования в регионе, тем выше его коммуникативный потенциал. И дело здесь не только в знаниях. Качественное образование предоставляет человеку более широкие возможности, формируя его профессиональные, социальные, коммуникативные компетенции; помогает быстрее адаптироваться в новых условиях, расширяет горизонт его сознания, делая более терпимым и толерантным.

Проблемы эмигрантов из Азии и Африки во Франции, Германии и других европейских странах не только этнические и социально-экономические. Это проблемы образования, точнее, его отсутствия, и, как следствие, коммуникативной некомпетентности, неумения и нежелания считаться с традициями другой культуры.  Низкий уровень образования — благоприятная почва для разного рода стереотипов; узость кругозора порождает безапелляционность суждений и безответственность.

С уровнем образования напрямую связано развитие гражданских институтов и степень толерантности общества. Как показывает опыт современной России, чем больше возможностей предоставляет гражданам социум для сохранения национальной и религиозной идентичности, в том числе через общественные организации, национально-культурные объединения и т. д., тем более стабильной и комфортной будет жизнь в конкретном регионе и в стране в целом. Иными словами, религиозно-этнические и идеологические факторы положительно влияют на развитие коммуникативного потенциала и способствуют его повышению.

Но влияние названных факторов не всегда носит позитивный характер. Принадлежность к определенной национальной, религиозной или национально-религиозной общности формирует менталитет, традиции, «картину мира», образ жизни, на которых основывается коммуникативная устойчивость. Но слишком высокая коммуникативная устойчивость, как было показано выше, таит в себе довольно опасную тенденцию: стремление к автономизации и социально-культурному изоляционизму. А преданность своим идеалам часто оборачивается ненавистью к «иноверцам» и «инородцам». Конфликты на национальной и религиозной почве, обострившиеся в современном мире, показывают, что приверженность определенной идеологии (в том числе религиозной) и стремление сохранить идентичность могут выступать серьезным препятствием при налаживании диалога.

При этом необходимо иметь в виду, что данные факторы не существуют отдельно, а их влияние на коммуникативный потенциал конкретной культуры обусловлено взаимодействием со всеми остальными. Фактически, здесь следует говорить об ансамбле факторов. В каких-то случаях политико-экономические, социальные и общекультурные факторы нейтрализуют негативные проявления религиозно-этнической замкнутости, в каких-то, наоборот —усиливают. Возможно и обратное влияние, когда религиозно-этническая идентичность способствует социальному и культурному развитию. Вариантов может быть столько же, сколько существует национальных культур. Поэтому при анализе коммуникативного потенциала культуры или региона нужно не только изучать каждую группу факторов в отдельности и учитывать общие тенденции, но и принимать во внимание их специфическое единство. Такой подход позволяет получить объективную картину и правильно оценить ситуацию для формирования стратегий поведения и деятельности.

В ансамбле факторов, формирующих коммуникативный потенциал любой культуры, можно выделить еще одну группу — собственно культурные. Эти факторы связаны с культурой, как особой сферой жизнедеятельности социума. Несмотря на условность названия, данная группа факторов оказывает значительное влияние на развитие коммуникативного потенциала, поскольку связана с творчеством и реализацией креативной составляющей культуры. Сюда входят учреждения культуры, различные художественные организации, творческие союзы и объединения и т.д. Искусство и другие виды творческой деятельности по своей природе обладают высокой коммуникативной активностью и отзывчивостью. Произведения искусства и результаты творческой активности преодолевают непонимание и отчуждение, для них не существует политических, экономических, социальных и других границ. В силу универсальности своего языка искусство оказывается практически идеальным транслятором смыслов и ценностей, позволяющим актуализировать их в различных культурно-исторических контекстах. С этой точки зрения, чем более развита сфера художественной деятельности в культуре региона, тем более широкие возможности открываются для диалога и сотрудничества.

В завершение отметим, что изучение коммуникативного потенциала культуры—актуальная в теоретическом и практическом отношении задача. Понимание механизмов коммуникаций, анализ сценариев их развития и выявление факторов, детерминирующих коммуникативный потенциал, позволяет повысить эффективность межкультурного диалога и уровень толерантности общества.


Новости по теме:
 
< Предыдущая   Следующая >