Pravmisl.ru


ГЛАВНАЯ arrow Государство и право arrow Субъективное вменения в уголовном законодательстве





Субъективное вменения в уголовном законодательстве

Реализация принципа субъективного вменения в уголовном законодательстве и вопрос об ответственности за преступления, совершенные лицом в состоянии опьянения

Автор: И.О. Грунтов

Ст. 30 УК Республики Беларусь устанавливает, что лицо, совершившее преступление в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном потреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности.

В судебной практике различают опьянение физиологическое (обычное) и патологическое. Патологическое опьянение встречается крайне редко. В состоянии патологического опьянения человек утрачивает способность осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния или руководить им. В случае совершения лицом в таком состоянии общественно опасного деяния оно на основании ст. 28 УК признается невменяемым [1]. При физиологическом (простом) опьянении у человека появляются определенные, в зависимости от степени опьянения нарушения психики, однако они, как правило, не влекут утраты способности понимать характер совершаемого деяния и руководить им [2].

В настоящее время остается сложным вопрос о правовой оценке тяжелого физиологического опьянения лица, совершившего общественно опасное деяние.

Многие исследователи отмечают, что сильное опьянение «...парали-зующе действует на высшие отделы нервной системы человека, окружающий мир представляется в искаженном и расплывчатом виде, человек теряет способность в полном объеме сознавать свои действия и руководить ими» [3]. В соответствии со ст. 27 УК Беларуси лицо, совершившее общественно опасное деяние в таком состоянии, не может признаваться невменяемым, так как в подобной ситуации отсутствует медицинский критерий невменяемости ( хроническое психическое заболевание или временное расстройство психики, либо слабоумие или иное болезненное состояние психики). Однако это лицо является фактически невменяемым. Вместе с тем, несмотря на это обстоятельство, по мнению большинства юристов, такое лицо должно нести уголовную ответственность. Так как специальное провозглашение в законе ответственности за преступления, совершенные в состоянии опьянения имеет большое предупредительное значение для лиц, злоупотребляющих алкоголем, наркотическими или другими сильнодействующими веществами. В связи с чем, отказаться от такой нормы практически невозможно. Это, безусловно, сильный аргумент. Вместе с тем, уголовная ответственность должна строиться на основании принципа личной виновной ответственности. Но в чем состоит вина такого лица? Это основание ответственности по-разному объясняют отдельные исследователи.

Так, некоторые ученые ( П.А. Дубовец, В. Н. Флоря, Н. Капинус, В. До-донов и другие), не раскрывая содержание вины, считают, что лицо, совершившее преступление в состоянии простого опьянения, независимо от его тяжести, должно признаваться вменяемым на основании ст. 30 УК Республики Беларусь и подлежать уголовной ответственности на общих основаниях ( ст. 30 УК Беларуси) [4].

Объявление:

По мнению других исследователей, «...лица, совершающие общественно опасные действия в бессознательном состоянии, должны признаваться вменяемыми, так как это состояние возникло по собственной воле лица» [5]. По этому поводу А.А. Пионтковский отмечает, что «в тех случаях, когда лицо привело себя в состояние опьянения для совершения преступления, оно при всех условиях, независимо от степени опьянения, подлежит уголовной ответственности. Последнее в теории уголовного права называется actio libera in causa, т. е. случаями, гд е преступный результат хотя и был учинен в момент, когда виновный находился в состоянии невменяемости, тем не менее его наступление было обусловлено предшествующими действиями лица, совершенными им, когда он находился еще в состоянии вменяемости... Такое состояние может иметь место не только в результате умышленной, но и в результате неосторожной деятельности лица. Ответственность в этих случаях должна определяться на общем основании как за умышленное или неосторожное совершение преступления» [6]. Н.С. Лейкина, рассматривая решение этого вопроса, предлагает включить в УК отдельную статью, предусматривающую ответственность за приведение себя в состояние такого опьянения, когда лицо, совершая общественно опасное посягательство, не сознавало его в полном объеме и не могло полностью руководить своими поступками. По мнению автора, при таком подходе лица, совершившие общественно опасные действия в состоянии глубокого опьянения, исключающего вменяемость, отвечают за то, в чем они виноваты, – за приведение себя в состояние вследствие которого было совершено общественно опасное посягательство [7].

И.И. Горелик считает, что тяжелая степень опьянения может вызывать фактическую невменяемость, однако лицо, доводящее себя до такого состояния должно нести ответственность, так как предвидит возможность совершения общественно опасного деяния [8]. По мнению Э. Сидоренко, «...лицо, приведшее себя в состояние невменяемости для совершения преступного деяния, должно отвечать за приготовление или покушение на то преступление, которое охватывалось его сознанием (трезвым рассудком). Оконченным деяние признаваться не должно, поскольку совершено в состоянии невменяемости, а специальных указаний о признании деяния оконченным в уголовном законе не имеется, хотя это просто необходимо во избежание злоупотребления правом» [9].

Уголовно-правовая норма, устанавливающая ответственность лица, совершившего преступление в состоянии опьянения должна строиться с учетом психологического и социального признака вины. Однако из содержания ст. 30 УК Беларуси не ясно в чем заключатся вина такого лица. В УК некоторых зарубежных стран при решении этого вопроса имеется определенный положительный опыт. Так, например, в ст. 263 УК Швейцарии ( Совершение преступного деяния лицом в состоянии невменяемости, если до такого состояния он сам себя довел) говорится следующее: «Кто является невменяемым вследствие того, что находится в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, до которого он сам себя довел, и в этом состоянии совершил преступное деяние, являющееся преступлением или проступком, наказывается...» [10].

Еще один пример. В параграфе 287 УК Австрии (Совершение запрещенного под угрозой наказания деяния в состоянии полного опьянения) отмечается следующее: «Кто посредством потребления алкогольных напитков или посредством использования других одурманивающих средств доводит себя до состояния полного опьянения, исключающего вменяемость, пусть и по неосторожности, тот наказывается...» [11].

Исходя из принципа субъективного вменения, лицо подлежит уголовной ответственности только за те совершенные им общественно опасные деяния и наступившие последствия, предусмотренные УК, в отношении которых установлена его вина. Вместе с тем, приведение себя в состояние полного опьянения, исключающего вменяемость, не является уголовно наказуемым деянием.* В подобной ситуации представляет общественную опасность совершение преступного деяния лицом в состоянии невменяемости, если до такого состояния он сам себя довел. В этой связи более соответствует содержанию принципа вины будет установление психического отношения лица к факту совершения запрещенного под угрозой наказания деяния в состоянии полного опьянения.

Квалифицировать такое поведение только как приготовление или покушение на то преступление, которое охватывалось его сознанием ( предложение Э. Сидоренко) будет означать сужение сферы применения уголовного закона только умышленным вариантом поведения лица. Так как приготовление или покушение на совершение определенного преступления может иметь место, если лицо его совершало только с прямым конкретизированным умыслом.

Не совсем логично для решения этого вопроса ограничивать субъективное отношение лица к факту совершения запрещенного под угрозой наказания деяния в состоянии полного опьянения только случаями, когда лицо предвидело возможность совершения общественно опасного деяния (предложения И.И. Горелика).

В подтверждение этого можно отметить, что в научной литературе отдельные исследователи выделяют типичные ситуации принятия алкоголя при различном психическом отношении лица к факту последующего совершения им преступления. Так О.Д. Ситковская, Ю.М. Антонян и С.В. Бородин описывают четыре таких типичных ситуации: 1) принятие алкоголя – для облегчения совершения предумышленного преступления; 2) принятия алкоголя – для получения удовольствия, причем субъект, зная особенности своего характера и специфического действия на него алкоголя, представляет себе возможные последствия, но игнорирует их; 3) ситуация, аналогичная предыдущей, но связанная не с осознанно-равнодушным отношением к возможным последствием, а с легкомысленным отношением к ним или нежеланием задуматься о них; 4) принятие алкоголя – случайно, по ошибке или впервые, в результате принуждения и пр. [12, 13].

Эти обстоятельства свидетельствуют, что лицо по-разному может относиться к факту последующего совершения общественно опасного посягательства в состоянии опьянения. Во всех этих ситуациях имеет место различное психологическое и социально-психологическое к совершению общественно опасного посягательства в состоянии опьянения. Безусловно, с точки зрения принципа субъективного вменения в законе эти особенности должны быть отражены. В УК некоторых стран дальнего зарубежья имеет место позитивное решение этого вопроса.

Так в соответствии с ч.1 ст. 21 УК Испании: «Временное психическое расстройство не является основанием освобождения от наказания, если оно было спровоцировано самим субъектом с намерением совершить преступление или в случаях, когда оно предвидело или должно было предвидеть возможность его совершения».

В ч. 2 этой статьи говорится, что не подлежит уголовной ответственности: «Тот, кто во время совершения преступления находился в состоянии алкогольного отравления, под действием токсических или одурманивающих наркотических средств, психотропных веществ и других, не имел намерения совершить преступление или не предвидел и не должен был предвидеть возможности его совершения, а также находился под влиянием синдрома абстиненции из-за влияния таких веществ, что препятствовало пониманию им противоправности деяния или руководству своими действиями» [14].

Существование с 1995 г. этой нормы показало жизнеспособность законодательного решения этого вопроса. В этой связи в качестве образца решения этой проблемы в УК Республики Беларусь может быть учтен законодательный опыт УК Испании. Исходя из этого, было бы целесообразно дополнить новой ч. 2 и ч. 3 ст. 30 УК Беларуси и изложить ее в следующей редакции:

Статья 30. Уголовная ответственность лица, совершившего преступление в состоянии опьянения.

Лицо, совершившее преступление в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном потреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности.

Наличие состояния полного опьянения, исключающего вменяемость вызванного потреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ, не является основанием освобождения от уголовной ответственности, если оно было спровоцировано самим субъектом с намерением совершить преступление или в случаях, когда оно предвидело или должно было и могло предвидеть возможность его совершения.

Не подлежит уголовной ответственности лицо, совершившее преступление в состоянии полного опьянения, исключающего вменяемость вызванного потреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ, если оно не предвидело, не должно было и не могло предвидеть возможности его совершения.

4. В случае совершения преступления лицом, страдающим хроническим алкоголизмом, наркоманией или токсикоманией, суд наряду с применением наказания или иных мер уголовной ответственности может назначить принудительные меры безопасности и лечения.

Список литературы

Уголовное право БССР. Часть Общая / под общ. ред. И.И. Горелика. – Минск, 1978. – С.107 – 108.
Курс советского уголовного права: в 5 т. / отв. ред.: Н.А. Беляев, М.Д. Шаргородский. – Л.: Изд-во Ленинград. ун-та, 1968. – Т. 1: Часть общая. – С. 380.
Сидоренко, Э. Некоторые проблемы уголовно-правовой оценки состояния опьянения виновного в теории и правоприменительной деятельности / Э. Сидоренко // Уголовное право. – 2005. – № 1. – С. 69.
Смирнов, В.Г. Основания уголовной ответственности и наказания за преступления, совершенные в состоянии опьянения / В.Г. Смирнов // Вестник ЛГУ. – Вып. 2. – 1964. – № 11. – С. 130 – 135; Уголовное право БССР. Часть Общая / под общ. ред. И.И. Горелика. – Минск. – 1978. – С. 107 – 108; Флоря, В.Н. Основания уголовной ответственности за преступления, совершенные в состоянии опьянения / В.Н. Флоря // Сб. науч. ст. /Проблемы государства и права на современном этапе. – М. – 1974. – Вып. 8. 170 – 171; Капинус, Н. Влияние состояния опьянения на вину и ответственность в современном уголовном праве / Н. Капинус, В. Додонов // Уголовное право. – 2004. – № 2. – С. 34.
Михеев, Р.И. Уголовное право и психиатрия / Р.И. Михеев. – Владивосток. – 1988. – С. 5.
Курс советского уголовного права: в 6 т. / редкол.: А.А. Пионтков-ский, П.С. Ромашкин, В.М. Чхиквадзе. – М.: Наука, 1970 – 1971. – Т. 1: Преступление / А.А. Пионтковский. – 1970. – С. 243.
Лейкина, Н.С. К вопросу об обосновании ответственности за преступления, совершенные в состоянии опьянения / Н.С. Лейкина // Вестник ЛГУ. – Вып. 2. – 1958. – № 11 . – С. 121; Лейкина, Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность / Н.С. Лейкина. – М. – 1968. – С. 57.
Горелик, И.И. Значение состояния опьянения при совершении общественно опасного деяния / И.И. Горелик // Вопросы уголовного права и уголовного процесса. – Минск. – 1958. – С. 27 – 28.
Сидоренко, Э. Некоторые проблемы уголовно-правовой оценки состояния опьянения виновного в теории и правоприменительной деятельности / Э. Сидоренко // Уголовное право. – 2005. – № 1. – С. 69.
10.    Уголовный кодекс Швейцарии / пер. с нем. – М.: ИКД «Зерца-
ло-М». – 2001.
Уголовный кодекс Австрии / пер. с нем. – М.: ИКД «Зерцало- М». – 2001.
Ситковская, О.Д. Психология уголовной ответственности / О.Д. Сит-ковская. – М.: Изд-во НОРМА. – 1998. – С.184–185; Антонян, Ю.М., Бородин, С.В. Преступное поведение и психические аномалии.
Таганцев, Н. С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая: в 2 т. / Н.С. Таганцев. – М.: Наука, 1994. – Т. 1. – С. 170 – 171.
Уголовный кодекс Испании / под ред. и с предисловием Н.Ф. Кузнецовой, Ф.М. Решетникова. – М.: Изд-во ЗЕРЦАЛО. – 1998.


Новости по теме:
 
< Предыдущая   Следующая >